Какой сегодня уровень преподавания Основ Православной Культуры

В.М.Гнеденко, член Союза писателей России

 Нужен ли  такой культурный фундамент
новому поколению россиян?

            Напомним нашим читателям  о  вяло текущей  и  далеко еще не оконченной дискуссии в московских СМИ и социальных сетях по поводу памятника равноапостольному князю Владимиру в столице Российской Федерации. О чем собственно идет спор в тонкой прослойке отнюдь не широкой российской общественности?

Во-первых, а так уж он необходим этот монумент на брегах Москвы – реки сейчас, в столь тяжкое кризисное время, когда на счету каждая копейка из государственной казны!?

Во-вторых,  если все-таки  правительству так уж  необходимо соблюсти формальность, нельзя ли задвинуть этот скульптурный шедевр  поглубже в городские каменные джунгли.  С глаз долой от чуткого и столь болезненно ранимого интеллигентского восприятия.  Ибо, как не крути, а  покойный Святославич  уже одним своим присутствием в стольном граде будет раздражать людей продвинутых и просвещённых, прежде всего своей вопиющей нетолерантностью, а также каменной  негибкостью и избыточной однозначностью.

Впрочем, исчерпывающий ответ на первый вопрос  дал сам нынешний президент России. И это всем понятно, да?  Для особо непонятливых поясним отдельно:  современная российская держава прямо и открыто называет себя прямой наследницей славной в Средние века Киевской Руси. Именно там, на берегу Днепра и впадающего в него Крещатика зарыты корни наших как культурных, так и геополитических традиций.

А поскольку, как известно, нынешние официальные власти Киева (легитимность которых, к слову сказать,  остаётся под очень большим вопросом), подобно мелким  карточным шулерам, настойчиво продолжают пытаться подменить понятие «Древняя Русь» жаргонным термином «Великая Украина», то с политической точки зрения абсолютно логичен и весьма  своевременен нынешний переезд  памятника основоположника  государственности восточных славян на северо-восток великой русской равнины.

Исторический прецедент такого судьбоносного для нашего народа перемещения уже был. Как все наверное хорошо помнят, случилось это тысячу лет тому назад (если же быть абсолютно точным, то – 958!) , когда великий князь Руси  святой Андрей Боголюбский  (сын Юрия Долгорукого) перенес столицу русского государства вместе с символом византийской цивилизации – чудотворным образом Богородицы – сначала из Киева во Владимир-на-Клязьме, и, соответственно, спустя столетие, сын святого князя Александра Невского – преподобный Даниил Московский  утвердил центром Руси Москву. Вот такая глубокая и, прямо скажем, весьма богатая историческим смыслом предыстория вопроса о создании памятника Владимиру Святославичу в современной столице РФ.

Что же касается, второго недоумения, то  чтобы разобраться в нем, нам придется на какое-то время отказаться от принципов демократического плюрализма и постараться как можно натуральнее перенести свое сознание и мироощущение  в ту далёкую историческую эпоху на рубеже первого и второго тысячелетий, когда решалась судьба древнерусской державы.

Итак, шел 988 год, любимый внук самой мудрой из женщин Древней Руси равноапостольной княгини Ольги[1] великий князь Владимир, бывший до того свирепым и ненасытным завоевателем соседних земель,   неожиданно преобразился после великого Таинства святого Крещения. Причем Таинство над ним было совершено руками византийских священнослужителей, и это несмотря на то, что Византийская империя была  самым заклятым его врагом. Согласитесь, что уже один этот парадоксальный и, тем не менее, достоверный  исторический факт легко  можно отнести к области настоящего Чуда.  Впрочем, крещение великого князя Руси стало лишь  началом целой серии чудес,  с тех самых пор начавших  происходить  с нашими славными предками.

Однако вернемся к личности князя Владимира и к тому, почему его всегда и друзья и недруги считали выдающимся созидателем крупнейшего государства в Европе, а  в родном отечестве сразу после кончины стали почитать  святым.

1августа 988 года, стоя на берегу Днепра и с высоты холма взирая на крещение своих подданных, князь Владимир от всего сердца просил: «Боже, сотворивший небо и землю! Призри на новые люди сии и даждь им Господи, познать тебя, истинного Бога, как уже познали страны христианские; утверди веру в них правую и несовратимую, а мне помоги, Господи, на супротивного врага, дабы, надеясь на Тебя, я победил бы его козни».

Владимир, прежде не отказывавший себе не в одном из земных удовольствий, искоренил греховные свои привычки и стал поистине другим человеком — с чистой и обновленной душой, по глаголу Спасителя: «Потерявший душу свою ради Меня, сбережет ее…» (Евангелие от Матфея 10; 39).

Поверьте: решение добровольно пойти на умерщвление собственных природных привычек, доставшихся по наследству от предков, требует большего мужества, чем принять смерть в бою на глазах товарищей, ибо оно в отличие от гибели  тела  длится не один краткий миг, а означает повседневное мучительное умирание по слову апостола Павла: «Я каждый день умираю, братия…», выдавливая из себя прежнего ветхого человека.

Принимая христианство, великий князь Руси отдавал себе отчет в том, что выбирает для восхождения  невиданную им ранее, трудновосходимую  высоту, что недостаточно будет просто сбросить с Киевского холма статую Перуна и других языческих божков и утопить их в Днепре, но что и сам он и каждый последовавший за ним обязаны  будут изгнать из своей души  многочисленных кумиров и идолов, давно уже ставших им  родными и близкими.

И вот страстный охотник до женских ласк и утех решительно распускает свой многочисленный гарем и начинает вести строгую целомудренную жизнь. Этот человек богатырского телосложения, еще совсем недавно насмехавшийся над религиями, запрещавшими есть свинину и пить хмельное, начинает регулярно держать пост. Любитель ночных пиршеств и отчаянный весельчак стал проводить долгие зимние ночи в молитве и размышлениях о Страшном Суде. Некогда совершенно бесчувственный к страданиям других, великий князь лично стал обходить больницы и тюрьмы, раздавая щедрую милостыню.

Подчеркиваем: Владимир отнюдь не принуждал и не заставлял принимать православие своих подданных. Это был исключительно акт доброй воли с их стороны. Иначе мы бы имели дело с банальной профанацией  великого Таинства. В этом случае  вся  эта широковещательная  затея непременно  рассыпалась бы в течение нескольких месяцев.

Но есть одна существенная деталь:  перед самым началом совершения Таинства на берегу Днепра Владимир  кротко сказал своим соотечественникам: « кто любит меня и по-настоящему уважает, да последует моему примеру!» Великая сила и мощь была в его словах! Поистине это был призыв настоящего лидера нации. И никто не смеет отрицать, что князь за 10 лет своего правления в первопрестольном Киеве сумел стяжать непререкаемый  авторитет в своём  собственном Отечестве. Сейчас уже доподлинно известно, что  он обладал необыкновенным обаянием, поэтому-то  и политический рейтинг его, выражаясь современным языком, буквально зашкаливал.

                           А перед этим был, как сегодня бы сказали, всенародный референдум по выбору одной из четырех мировых религий.   И опять лидер нации не позволил себе силой, используя административный ресурс, «продавить» свой вариант, а советовался в течение довольно-таки продолжительного времени с выдающимися авторитетами нации и общепризнанными народными мудрецами. Он прекрасно понимал, что не имеет права на ошибку.

Хотя, благодаря своей необыкновенной природной интуиции, князь Владимир изначально видел, что ни ислам, ни иудаизм не соответствуют менталитету родных ему и по крови и по духу русских людей, всегда благородно-добродушно настроенных, неизменно миролюбивых (в отличие, скажем, тех же агрессивно диких германцев – авт.-сост.). Естественно он не мог не учитывать и того, что большинство его соотечественников отличаются от прочих народов обостренным чувством справедливости, а также независимости и свободолюбия.

И, наконец, Владимир одним из первых  русских правителей  четко увидел своими сердечными очами, в чем заключается преимущество Православия перед прочими мировыми религиями  – в бесконечном уважении Всевышнего к свободе человеческой личности, когда невозможна и самая тень принуждения или насилия! И эта внутренняя свобода истинно православных людей столь же безгранична, сколь безгранична Любовь к нам Спасителя, запечатленная в нечеловеческих муках на Кресте.

Внуку святой Ольги самим Богом было открыто, что именно на основе такой жертвенной любви, бесконечно незлобивого терпения и одновременно уважения к человеческой личности, Вседержитель только и мог построить мистическое Тело Христово – Свою истинную Церковь.

Римские первосвященники по определению не могли вызвать у русского великого князя ни симпатий, ни доверия. Наоборот, их настойчивые дипломатические происки только усиливали вполне естественное подозрение опытного администратора: действительно ли эти «пастыри» пекутся о Небесном блаженстве своих пасомых или, прикрываясь высокими и пышными фразами, будут стараться стяжать здесь, на Земле, никем и ничем неограниченную светскую власть и богатство исключительно для себя.

Владимир, умудренный свыше самим Господом, с одного взгляда проник в испорченную духовную суть папства. Он понял, что католические вероучители по своей прихоти и явно противозаконно, воздвигли  на высочайший пьедестал человеческую волю, (а не Волю Божью! – как предписано Христом Спасителем – в молитву «Отче наш») и что они будут непременно домогаться власти любыми путями. Ибо уже тогда папёжники, не стесняясь, называли свою светскую власть орудием водворения Царства Божия на земле. Естественно, тот, кто стремится обладать земной властью,  всегда будет использовать обман, притворство, наконец, предательство, словом,  идти на любые преступления – лишь бы завладеть ею, а затем любыми средствами  удержаться у руля .

Равноапостольный князь потому и величается  таким высоким титулом небесной иерархии, потому что он заранее Духом Святым прозревал, что его соотечественники призваны молиться сердцем и веровать с любовью. И он твердо знал, что авторитет единственно правильно славящей Бога Церкви (то есть Православия! – авт.-сост.) укрепит и научит русских не темной языческой воле, а истинной свободе, широко раскрыв им духовные очи на их миссию во Вселенной. Потому что только Православная церковь искони отстаивала свободу веры, утверждала ее независимость от земных интересов и расчетов. Истинные православные священнослужители по слову апостола Павла «не стремятся брать власть над чужой волею» (2Кор.1;24), но стараются «споспешествовать радости» в сердцах людей.

С принятием христианства для наших предков началась новая эра. Просвещенные Евангелием, славяне стали еще более милостивы друг к другу, опекали нищих и больных, помогали бедным. Больше других старался сам князь Владимир.

Как свидетельствуют летописи, вскоре после крещения Руси в Киеве появились подводы, наполненные хлебом, мясом, рыбой, овощами, медом в бочках, квасом. «Нет ли где больного и нищего, который не может идти к князю во двор», – спрашивали княжеские отроки. Князь стал приглашать епископов в боярскую думу, а последние начали оказывать на все внутренние и внешние дела большое влияние.

Будучи истинно благочестивым и в точности исполняя евангельские веления о милосердии, Владимир оставался гостеприимным хозяином. В каждое воскресение он устраивал пир, на который приглашал дружину, а затем и выборных мужей от города. Однажды подпили его дружинники и начали роптать на своего князя: «Горе нашим головам, – говорили они, – князь дает нам есть деревянными ложками, а не серебряными!» Услышав это, Владимир тут же повелел изготовить ложки из серебра, сказав при этом: «Серебром и золотом не соберу дружины, а дружиной сыщу и серебро и золото, как и дед мой и отец мой доискались и золота и серебра».

Именно благодаря духовному подвигу святого равноапостольного Владимира Русь уже в конце IX столетия на зависть враждебным соседям  и лицемерным европейским партнерам-союзникам превратилась в мощную мировую   монолитную державу[2]. Причем само время испытало на прочность наше национальное и культурное единство, прочность вековых родственных уз: никакие попытки иностранных интервентов на протяжении столетий не смогли поколебать их или подвергнуть разрушительной коррозии.

Впрочем,  некоторые могут мне возразить, — все эти факты хрестоматийно известны.  Может быть,  но, ответьте мне почему сегодня эти подлинные исторические реалии очевидны далеко не для всех россиян. Многие  в лучшем случае относят их к области легендарного предания, а то и откровенно называют вымыслом летописцев. А это уже, простите, сродни инсинуациям  наших откровенных ненавистников вроде тех, что «Слово о полку Игореве» дерзают называть  ловкой подделкой литераторов 19 столетия. То есть мы очередной раз сталкиваемся с откровенным шулерским «наездом» на основы нашей отечественной истории и культуры. Налицо идеологическая диверсия и подрыв государственной безопасности. За такие деяния пора уже ответить перед Законом, господа либералы!

Еще раз повторим: мы столь подробно, если не сказать скрупулезно  рассматриваем личность  Владимира 1  потому что именно он, предварительно посовещавшись с народными избранниками, или как тогда говорили  «мудрейшими из мудрых» определился с выбором государственной религии для Руси. Напоминаем: отечественные ученые мужи, последовательно изучив духовные и догматические основы иудаизма, ислама, западноевропейского  католицизма и византийского православия настоятельно посоветовали самодержцу остановиться на последнем. Так великий князь и поступил, тем более что этот выбор соответствовал его собственным симпатиям. И все же, заметьте, будучи государственным человеком, он счел необходимым не полагаться на собственную интуицию, а провести обязательную экспертную оценку людей достаточно искушенных в духовной области, причем из числа природных русских, а не из авторитетных «варягов».

И вот здесь мы переходим к нашему основному вопросу: почему школьникам в демократической России должны преподавать основы православной культуры, а никакой-то иной!?  Существует же 4 мировые религии и почему мы должны отдавать предпочтение Православию или восточно-христианской традиции? Да потому, уважаемые, как писал Александр Сергеевич Пушкин[3] Петру Яковлевичу Чаадаеву, выбор был сделан нашими предками более, чем тысячу  лет назад святым князем Владимиром и жалеть об этом отнюдь не стоит. Наоборот, стоит обратиться к богатейшему византийскому культурному наследию и осознать себя не пасынками мировой культуры и истории, а представителями величайшей и богатейшей цивилизации. А раз мы являемся духовными и культурными наследниками  Православной Византии, а не исламского халифата и не иудейской Хазарии и тем более не католического Рима – так уж исторически сложилось, то и все народы населяющие РФ, из уважения к российской государственной истории и государственному языку просто обязаны для собственного их блага, чтобы органично вписаться в  ткань национальных традиций державообразующего народа нашей страны (между прочим, русские по самым последним данным позиционируют себя на 85 процентов православными!) изучать в школах основы православной культуры.

Другой вопрос:  в каком виде эти основы следует преподносить в современной многонациональной и многоконфессиональной  школьной аудитории Российской  Федерации.

Что мы имеем в настоящее время в обычных общеобразовательных школах, как правило, этот весьма сложный предмет поручают вести преподавателям истории и обществоведения по инерции следующих в фарватере многолетней советской традиции. И, надо признаться, это самый верный путь, чтобы отвратить детей и от религии и от культуры:  когда сапожники принимаются печь пироги ждать  добрых всходов не приходится. Это аксиома. С другой стороны, когда в православных гимназиях этот предмет начинают вести обычные священники из приходов часто выходит тоже не совсем ладно: жесткого императива дореволюционного «Закона Божия» «основы православной культуры» отнюдь не предполагают. На наш взгляд, для современной школы необходим  третий путь, так сказать, единственно продуктивный вариант «золотого сечения», когда светские преподаватели, владеющие основами сравнительного богословия преподают этот предмет по методикам, утвержденным как Министерством образования, так и Отделом катехизации Московского Патриархата Русской Православной Церкви. Впрочем,  это уже отдельная тема и мы постараемся подробно проанализировать ее в следующем номере нашего журнала. А чтобы у читателей не возникало сомнений в нашей беспристрастности и объективности, обязательно поместим в грядущем материале точки зрения практикующих педагогов и ученых богословов. К слову сказать, всех желающих и обладающих своей аргументированной концепцией приглашаем к открытому диалогу.


[1]  К сожалению, все ее слёзные просьбы и материнские увещевания, адресованные к единственному сыну Святославу остались напрасны: он так и не согласился уступить мольбам  Ольги принять судьбоносное для молодого русского государства решение: сменить провинциальную языческую религию славян на вселенское Православие. Тем не менее, по горячим молитвам матери удача сопутствовала ему во всех его воинских начинаниях: бесстрашный князь Святослав сумел разгромить грозного врага славянского государства – хазарский каганат, а также обложил данью волжских болгар. Кроме этого он подчинил Руси воинственных аланов-ясов (осетин), а заодно и косогов (адыгов), после чего взял под свое управление плодородные земли Приазовья вместе с его столицей – Тмутараканью. Словом, Святослав значительно расширил и одновременно укрепил границы Руси, которая с тех самых пор уже начала именоваться в Европе не иначе как «великой».

[2]  Великому  князю Владимиру, прозванному славянами  «Красным Солнышком»,  потребовалось для этого колоссального свершения всего два с половиной десятилетия, тогда как некогда разделённые германские племена потратили на собирание единой немецкой нации несколько веков!  Любопытно отметить и то, что даже сегодня непохожестей в интонации и в говоре, а также в особенностях лексики местных диалектов жителей Баварии, Вестфалии или Саксонии гораздо больше, чем отличий в употреблении местных диалектных слов и говоре  архангелогородцев, белгородцев или, скажем, карпаторуссов,  и, тем не менее, в противоположность зомбированным самостийникам с «незалежной» Укропии немцы сохраняют единство своей нации  и даже не помышляют о гибельном для их федерации сепаратизме.

[3] А до этого А.С.Хомяков подробнейшим образом просветил на этот счет сильно запутавшегося басманного философа, но — увы – разъяснение нашего первого национального мыслителя до сих пор неизвестно широкой читательской аудитории.

Какой сегодня уровень преподавания Основ Православной Культуры